### Дверь в стене - 70

А теперь снимем ещё один слой и попытаемся разобраться с извечной иллюзией публики, искренне считающей, что война всегда направлена на разрушение. И это при том, что войною победитель созидает свой мир. И более того, бывает так, что государство, преследуя свои интересы и используя в войне в качестве инструмента (или оружия) другое, более слабое государство, формально (а иногда даже и фактически) воюет против него. И люди, живущие в обоих государствах, как в том, которое является субъектом (master state), так и в государстве-объекте (не будем заходить так далеко, чтобы назвать его slave state, а подберём термин менее унизительный и более нейтральный, например - instrument state), простодушно верят "газетам" и полагают, что инструмент и хозяин пребывают по отношению друг к другу в состоянии войны. И винить маленького человека не приходится, с того места, где он находится, война видится как винтовка и он не понимает, что когда он тянет указательным пальцем спуск, то беременная винтовка для него рождает пулю, а для кого-то в тот же самый момент та же самая винтовка рождает не пулю, а власть.
Вот тут у нас Демократическая Республика Вьетнам. А вот тут - Франция. А вон там - США.
Франция воюет (реальнейшим образом) с ДРВ. Все атрибуты войны на месте, Франция ни одного не забыла, в ход пущено всё. И США открыто декларируют, что они оказывают помощь Франции. И они и в самом деле оказывают помощь (и ещё какую!). Помощь реальнейшую, помощь деньгами, танками, самолётами, транспортными судами, тяжёлым и лёгким вооружением, боеприпасами, снаряжением и вообще всем, чем угодно, вплоть до попыток американских высокопоставленных военных консультировать французское высшее командование в Индокитае как именно тому следует воевать. (Поскольку откровенными идиотами французы не были, то материальную помощь они брали, но данным американцами советам они не только не следовали, а благоразумно старались поступать прямо наоборот, что, впрочем, помогло им мало.).
И при всём при этом как-то совсем уж за рамками картинки под названием Первая Индокитайская Война оставалось то, что США помогают Франции воевать с созданным ими же самими ещё не в полном смысле государством, а рыхлым государственным образованием, которому следовало государством стать. "Инструмент" следовало закалить и заточить.
И вот этот самый процесс закалки и заточки самими вьетнамцами безусловно воспринимался как война против них. (Рядовыми вьетнамцами, конечно. Властная верхушка Вьетнама, прекрасно понимая что к чему, шла на всё с открытыми глазами, считая, что "наши жертвы не напрасны", так как только таким образом можно было получить чаемую государственность. И это ещё не всё - учитывая наличие "северного соседа" Вьетнам считал, что чем закалённее и чем острее instrument state выйдет, тем лучше для самого же "инструмента", а человеческие жертвы, так что человеческие жертвы, напомню что по этому поводу сказал один из "отцов-основателей" Вьетнама Во Нгуен Гиап - "каждую минуту в мире умирают сотни тысяч людей и потому жизнь и смерть уходящих в бой десяти тысяч человек, даже если они твои соотечественники, значат очень мало".).
Так было со Вьетнамом, а вот как было с master state - с точки зрения США Франция была всего лишь "жаром", при помощи которого обрабатываемую заготовку накаляли до нужной температуры. А потом жар залили водой и Первая Индокитайская Война кончилась.
"Расклад" или исходные условия Первой Индокитайской Войны выглядели так:
Самым главным фактором для обеих ведших горячую войну сторон, фактором стратегическим, стало Время. Вокруг этого стержня строились все события, всё остальное, включая сюда и получаемые сторонами помощь и "помощь", играло второстепенную, подчинённую роль.
Для Франции время было тающим "стратегическим ресурсом", для Вьетнама время было накапливаемым капиталом. Франция, учитывая её уязвимость военную, политическую, финансовую, да даже и психологическую, стремилась закончить войну как можно быстрее. И это ещё не всё, французам до зарезу нужна была не просто быстро закончившаяся война, но война, увенчавшаяся победой.
Позиция же Вьетнама изначально выглядела куда предпочтительнее, пусть он был на первый взгляд несопоставимо слабее Франции, но зато ему не нужно было никуда спешить, наоборот, в его интересах было всячески затягивать войну, а война, какой она обещала быть, должна была стать войной "партизанской", а это такой вид войны, который может длиться вечно, была бы подпитка с "большой земли", а у Вьетнама была не одна "большая земля", а сразу две. В газетах, правда, писали, что ни одной, но то в газетах, а мы с вами знаем, что такое газеты. Газеты, например, не писали (и не пишут) о том, что капитулировавшая перед США в Индокитае японская оккупационная армия сдавала имущество и вооружения не кому-то, а Вьетминю, а ещё японцы передали вьетнамцам всё, что они получили, разоружив и интернировав в начале 45-го переставших быть "союзниками" французов, а ещё газеты не писали (и не пишут) о том, как летом 45-го американцы перебрасывали в расположения Вьетминя оружие с Окинавы. Газеты, правда, пишут о переданном Вьетминю Китаем американском добре в виде стрелкового вооружения, артиллерийских систем, миномётов, боеприпасов и грузовиков, поставленных США "режиму Чан Кай-ши", но при этом газеты опять же умалчивают, что таким образом "красный Китай" расплачивался с американцами за политическую поддержку.
А вот как выглядел расклад "сил" на месте: про изначальный вьетминевский "батальон" вы уже знаете, а в 1946-47 годах, то-есть когда война с Францией уже шла вовсю, силы ДРВ насчитывали от 50 000 до 60 000 человек, силы же французского экспедиционного корпуса в 1947 году составляли 115 000 человек. И помимо численного превосходства французы располагали флотом, броневойсками и, что самое важное, - авиацией. Главной слабостью Вьетминя была даже не низкая по сравнению с французами численность и не то, что у него не было самолётов, плохо было то, что у вьетнамцев не было никакого опыта военных операций, у них напрочь отсутствовало то, что называется "оперативным искусством", не было планирования, не было "системы".
Но опыт дело наживное, не так ли?
И, обзаводясь опытом, вы обзаводитесь новым опытом, а новый опыт тащит за собой другой опыт и так до бесконечности, было бы желание учиться. А вьетнамцы учиться хотели. Они хотели собственное государство, хотели и всё тут, такое бывает.
Поначалу они проигрывали, и вот что они, проигрывая, сделали: они создали очень любопытную структуру войск. Они разбили свои вооружённые силы на три части. На "главные силы", на "региональные силы" и на "партизан", и это при том, что они все, вообще-то, были партизанами.
Вся территория ДРВ была разбита на четыре "региона", плюс пятый в виде северной части Южного Вьетнама. Каждый регион включал в себя несколько провинций. Главные силы подчинялись военно-политическому руководству Вьетнама и состояли они из наиболее хорошо вооружённых и экипированных бойцов, это было, так сказать, ядро партизанских сил, их "элита". Они были мобильны, они занимались только и только войной и в зависимости от обстановки перебрасывались из конца в конец страны. Второй эшелон состоял из легковооружённых и менее подготовленных бойцов, набранных по месту жительства и, как правило, не покидавших пределов своего "ареала", они подчинялись военно-политическому руководству "региона" и боевые действия были в их деятельности отнюдь не главным, помимо засад и налётов они занимались снабжением основных сил, пропагандой и, что немаловажно, сбором налогов. И в самом низу находились "партизаны", гордо носившие имя Народная Армия. Это было что-то вроде ополчения на уровне деревень, Народная Армия была, в свою очередь, разбита на две части, одна из которых ночами гадила французам по мелочам, а другая вообще не занималась тем, что понимается под "войной", а работала "на подхвате", по мере сил шпионила и перетескивала грузы во время маршей "главных сил".
Помимо всеохватности, такая структура создала и мотивацию в среде "сопротивления", так как наиболее годные и способные, проходя своеобразный отбор, покидали один уровень и "призывались Родиной" на более высокий, и работало это почище системы званий в обычной армии.
Кроме создания в высшей степени адаптированных к "театру" вооружённых сил, вьетнамы получили и очень хорошего главнокомандующего. Им стал "генерал" Во Нгуен Гиап. Когда-то ему, школьному учителю, американцы из OSS на пальцах объяснили самые базовые вещи, но до всего остального он дошёл сам, "своим умом". Следует заметить, что по человеческим качествам Гиап был (он жив до сих пор, но поскольку мы ведём речь о прошлом, то будем говорить о нём в прошедшем времени) прямой противоположностью Хо Ши Мину.
(Сделаем маленькое отступление. Когда-то я с разной степенью подробности писал о двух людях - полковнике Хаусе и Тарло Уиде. Это два чрезвычайно влиятельных "теневых политика", оба были встроены в американскую политическую систему, занимая в ней примерно одну и ту же нишу и выполняли они в государстве схожие функции, оба были "делателями президентов" и оба же, не имея формальных полномочий, вели секретные переговоры с полномочными главами других держав. Так вот между Хаусом и Уидом имелось ещё одно любопытное сходство - оба по свидетельствам имевших с ними дело людей обладали колоссальным личным обаянием. Эту черту отмечали даже их политические враги. Понятно какое преимущество в политической игре даёт то, что вы "симпатяга". Ваш политический противник и рад бы вам свинью подложить, а - "рука не поднимается", вы ведь - "человек хороший". Свинью-то он вам подложит, какой же политик без свиньи, но он при этом в дальнейшем будет испытывать не угрызения совести, её у политиков нет, а некое психологическое неудобство, которое вы сможете использовать к своей выгоде. Так вот человеком той же "породы" был и Хо Ши Мин, о котором все, кто с ним "контачил", все, поголовно, и французы с американцами тоже, отзываются исключительно хорошо. Дядюшка был, что называется, "светлым человеком".)
Может быть именно по этой причине ему и понадобился Гиап. Светлый человек в генеральском звании это как-то уж очень чересчур. Мироздание такого не поймёт.