### Дверь в стене - 73

Переместить с места на место миллион человек задача по любым меркам не тривиальная и для того, чтобы за её решение взяться, нужна причина и причина весомая. Была причина и в этом случае - перемещаемый из одного конца Вьетнама в другой миллион был не просто миллионом людей, а был он миллионом католиков.
Сдвинуть их с места оказалось нетрудным, в ход был пущен такой инструмент, как пропаганда в виде слухов, и слухи эти ложились на хорошо унавоженную почву. Согласно слухам Вьетминь собирался обойтись с вьетнамскими католиками невместно и католики этому охотно верили. Не в последнюю очередь потому, что были они не просто католиками, а католиками азиатскими, а азиат середины прошлого века это создание доверчивое. Вы видели, наверное, кадры военной кинохроники, на которых не только японские военнослужащие, но и японцы гражданские, в том числе женщины и подростки прыгают в пропасть, предпочитая умереть, но не попасть в руки "американской военщины". В наше время кадры эти используются с целью продемонстрировать "несгибаемый дух сынов и дочерей Ямато" (лишний раз замечу, что послевоенный "образ" Японии с самурайским кодексом и прочим "каратэ" был создан не так японской, как главным образом американской пропагандой), так вот те японцы и японки, которые "умирали, но не сдавались", делали это не вследствие несгибаемого духа, а вовсе даже наоборот, они страшились попасть в руки американцев, так как безоговорочно верили государственной пропаганде, а японская пропаганда утверждала, что тех, кто попадает к ним в плен, американцы съедают. В самом буквальном смысле. И японцы верили в это тем охотнее, что хорошо помнили неаппетитные подробности того, что они сами вытворяли в Китае и других местах, и прыгали в пропасть, лишь бы не попасть в котёл американской полевой кухни.
Так вот с вьетнамскими католиками было даже и легче, распускаемые американцами слухи имели в основе не выдумку, а реальность. Французы, воюя с Вьетминем, имели во Вьетнаме союзников в лице вьетнамцев-католиков и нескольких нацменьшинств вроде Таи, и когда генерал Гиап принялся искусно "растаскивать", "размазывать" по стране французский экспедиционный корпус, то начал он с нападений не на французов, а ударил по их гораздо более уязвимым и слабым союзникам. И французы, "крышуя" католиков, вынуждены были начать растекаться по всей территории Вьетнама. Так что послевоенные слухи о возмездии "изменникам" ложились на хорошо сдобренную фактами почву, а как прозорливо заметил дядюшка Хо - "крестьяне верят не в теорию, а в факты" и вьетнамские католики массово возжелали деться всё равно куда, но только подальше от Вьетминя.
И американцы тут же протянули им крепкую американскую руку помощи. В несколько неожиданном качестве паромов были использованы боевые корабли 7-го флота США и миллион католиков оказался в Южном Вьетнаме.
В этом месте возникает очередной вопрос "зачем?" и на него, конечно же, имеется и очередной же ответ "затем".
У следствия была причина и у причины имелось имя собственное. Звали причину Нго Динь Дьем.
Нго Динь Дьем в указанный период был премьер-министром Южного Вьетнама, президентствовал в котором бывший "император" Бао Дай.
Бао Дай был всех до поры устраивавшей "компромиссной фигурой", а Нго Динь Дьем был "сильным человеком Вьетнама". А ещё он был католиком. И миллион перемещённых лиц того же вероисповедания резко усилил его и без того неслабые позиции в Южном Вьетнаме и Нго из сильного превратился в сильненького.
Здесь нам придётся немножко отступить. Попробуем встать на место американцев и посмотрим, как та ситуация выглядела с их точки зрения. А выглядела она так: у нас есть конечная цель - единое государство, которое следует сложить из двух половинок. Казалось бы - чего проще? Возьми, да сложи. Но тут возникала первая сложность - единое государство должно было быть сильным, а сила появляется только через войну и только войною поверяется постулат "пусть победит сильнейший". И победивший через войну сильнейший будет тем сильнее, чем сильнее был его противник. Это очевидно. (Не премину заметить, что эта очевидность очевидна отнюдь не всем и основная масса людей полагает, что если вы кому-то берётесь помогать, то вам непременно следует всемерно ослаблять противника того, кому вы помогаете, при этом не в упор не видится, что в таком случае тот, кому вы взялись помогать, выйдет из войны в лучшем случае в том же состоянии, в котором он войну начинал, а то и слабее. И что если вы хотите усилить того, кому вы помогаете, усилить не на словах, не "в телевизоре", а в реальности, то вам следует, играя "балансом сил", попеременно усиливать то его, то его противника, тем самым "заставляя" своего "подзащитного" усиливаться иногда даже против его воли, вы заставляете его "выпрыгивать из штанов".).
Так вот изначальная позиция Северного и Южного Вьетнамов была неравноценна. И прежде чем поднять дверцы клеток и выпустить на арену двух бойцовых петухов, следовало сперва довести их до сравнимой кондиции.
Юг был гораздо более населён и был не богаче (неуместное в данном случае слово), а, скажем так, зажиточнее Севера. Но зато на стороне Северного Вьетнама было то, что у него была армия. Отмобилизованная, проверенная в реальной боевой обстановке армия, которая отсутствовала на юге. И что ещё более важно - у северян имелась единая идеология в виде "единственно верного учения", а на юге единой идеологии не было, а была какая-то мешанина. И для того, чтобы хоть как-то сцементировать общество "южан", следовало выделить из конгломерата имевшихся "идеологий" что-то одно и использовать это "одно" в качестве стержня.
В этом смысле положение американцев было очень сложным - в их распоряжении были буддисты, были созданные в предверии и по ходу войны французами и японцами религиозные секты Сяо Бай и Хоа Хао и была вьетнамская "махновщина" под названием Бинь Ксюень. А между тем Бинь Ксюень контролировала самый населённый город юга Сайгон при помощи собственной армии, которая содержалась на средства, получаемые от борделей и казино. И ещё к услугам американцев имелись вьетнамские католики.
И США сделали выбор в пользу католиков. Решение это наверняка далось им нелегко. Католицизм это Ватикан. А после войны на роль "удерживающего" мир претендовали США и СССР. А Ватикан это идеологическая "половинка" Священной Римской Империи Германской Нации и любой другой "удерживающий" с точки зрения Ватикана является не удерживающим, а узурпатором. Даже и в том случае, если этим удерживающим выступает в культурном смысле безошибочно католическая Франция. Так что что уж говорить о сменивших французов англичанах, а потом возжелавших сменить англичан американцах и русских. С Палатина и одни, и вторые, и третьи виделись и видятся всего лишь "схизматиками", в гордыне своей посягнувшими на волю Божью.
И если сегодня вам не нравится папизм, то вы всегда найдёте сочувствие в Вашингтоне, а если вы захотите ткнуть булавкой Pax Americana в любом его проявлении, то Ватикан вас всегда на это дело благословит.
Так вот Нго Динь Дьем был именно что человеком Ватикана, так как он был католиком, но при этом в своих политических убеждениях он был не только антикоммунистом, но ещё и анти- по отношению ко всему, что ассоциировалось с Францией. И в глазах американцев его антифранцузство перевесило его ватиканизм. Помогло Нго Динь Дьему то, что он, помыкавшись по миру в поисках политической поддержки, поехал в США и застрял там на целых три года, найдя сочувствующего в лице небезызвестного кардинала Спеллмана, счастливым образом сочетавшего службу церкви с политическими амбициями, а неисповедимыми путями Господними вышло так, что пути брата Нго Динь Дьема, который был католическим епископом во Вьетнаме, пересекались когда-то с путями Спеллмана, и было это получше любого рекомендательного письма.
Так вот и вышло, что США поставили на тёмную католическую лошадку:
За дело Нго Динь Дьем взялся горячо. Опираясь на католиков Юга, к которым богатые американцы щедро добавили миллион горластых и злобных католических "реваншистов" с Севера, он выдвинул собственную кандидатуру на пост президента Южного Вьетнама. Бао Дай и так бы ему проиграл, но Нго Динь Дьем жаждал сокрушительной победы и назначил главою счётной коммиссии ещё одного своего брата и тот подсчитал так, что в некоторых провинциях количество поданных бюллетеней превысило число голосовавших (ничто не ново под луною), а когда голоса посчитали, то выяснилось, что за Нго Динь Дьема проголосовало 98% вьетнамцев и он стал Президентом Южного Вьетнама.
Первым, что он сделал, стала отмена оговоренного Женевскими соглашениями всевьетнамского референдума по мирному объединению страны. Нго Динь Дьем заявил, что он ни за что не позволит провести референдум, так как не верит, что в ДРВ возможен справедливый подсчёт голосов. Неплохо, а?
Американцы на его художества смотрели сквозь пальцы, им нужна была консолидация Южного Вьетнама и если она могла быть достигнута сотрудничеством с таким человеком как Нго Динь Дьем, значит, так тому и быть. В конце концов он был вьетнамцем и лучше знал, как обращаться с соотечественниками.
Но дальше дело стало стопориться. В первую очередь в политическом смысле, Нго Динь Дьем вместо того, чтобы общество сплачивать, стал его раскалывать, обрушив репрессии на буддистов. Кончилось это обошедшей мир знаменитой фотографией, на которой буддистский монах самосжигался в знак протеста против государственного преследования буддистов. После последовавшего взрыва возмущения американцы начали оказывать нажим на Нго с тем, чтобы он поубавил прыти, но тот уже закусил удила и проявил неуместное упрямство. И тут на его беду случилось поражение южновьетнамской армии под Ап Баком. Американцы к тому времени завалили Южный Вьетнам "помощью" во всех смыслах, в том числе и военной, а тут вдруг в столкновении с батальоном партизан южновьетнамская армия, которую американцы финансировали и строили в расчёте на то, что ей придётся воевать с армией генерала Гиапа, потерпела разгромное поражение, несмотря на подавляющее превосходство в численности и на американские бронетехнику и вертолёты. Хуже всего было то, что погибли трое американских советников и по этой причине американцы затеяли расследование, а поскольку они люди последовательные и въедливые и всегда стремятся докопаться до первопричины, то докопались они и тут - выяснилось, что Нго Динь Дьем вместо того, чтобы строить армию как силу, направленную на будущее столкновение с северовьетнамской армией, строит её таким образом, чтобы армия защищала интересы его "клана", а интересы его клана представляли из себя пошлую "коррупцию" и взятки на любом уровне.
Другими словам, в лице Нго Динь Дьема американцы столкнулись с той же проблемой, что и в лице Чан Кай Ши. Но если Чану за его прошлые заслуги позволили убежать на Тайвань, то за Нго Динь Дьемом никаких таких особых заслуг не числилось, да к тому же он был ещё и католик. "А они все одним мирром мазаны." А этот ещё осмелился поставить интересы своей вороватой семьи выше интересов Соединённых Штатов. "Каков негодяй!"
И Генри Кэбот Лодж, посол США в Южном Вьетнаме, отвернулся к стене и сделал вид, что он ничего не видит, и генералы южновьетнамской армии, которые этот body language истолковали верно, тут же вытащили Нго Динь Дьема из президентского дворца и быстренько и без затей его убили.
Потом последовала чехарда переворотов, время поджимало, и американцы влезли во Вьетнам сами. И принялись цементировать Южный Вьетнам не католиками, а собою. А что делать? Мир сам собою не стоит, и если ты хочешь его держать, то нужно быть готовым и к некоторым жертвам.