### Слепые в королевстве кривых зеркал - 10

Кому принадлежат слова? Не те маленькие слова, которыми пользуемся мы, а слова, меняющие мир? Кто их произносит и что придаёт этим словам силу?
Силу даёт знание. Знание истинного положения вещей. Знание чужих преимуществ и знание чужих слабостей, и это ещё не всё, силу вашей позиции придаёт умение использовать в своих интересах не только чужие слабости, но и чужие преимущества.
Простейший пример - вы ведёте переговоры. Вы - владелец некоей фирмы. Решается вопрос о, скажем, слиянии вашей фирмы с фирмой-конкурентом. Конкурент гораздо сильнее, больше, влиятельнее вас, у него - "связи", у него - "выходы наверх", у него - "правительственные заказы", во всех отношениях вы ему не ровня. Он и смотрит на вас с плохо скрываемым лишь по причине хорошего воспитания пренебрежением, происходящее для него - некая докучность, мелочь, незначительный эпизод, он даже не нашёл нужным разузнать всё про вас, вы для него всего лишь пометка в блокноте секретаря, который напомнил ему о вашем существовании и о том, что необходимо уделить толику его драгоценного времени на пустую формальность, которая превратит вашу фирму в один из многочисленных филиалов его фирмы, ну, и излишне говорить, что ваша личная судьба заботит его очень мало.
А теперь подумайте, что произойдёт если вы решили поставить на кон всё. Всё в самом буквальном смысле. Рискуя будущим не своим даже, а будущим бесконечно дорогой вам семьи, вы истратили все деньги, что у вас были, не удовлетворившись этим, вы влезли в долги, которых всегда бежали, вы раздавали взятки, до чего никогда не опускались, вам пришлось иметь дело с какими-то тёмными личностями, один лишь вид которых ещё вчера привёл бы вас в ужас, и всё это ради того, чтобы разузнать всё о человеке, лицом к лицу с которым вы сейчас сидите и который думает, что, поставив на бумагах свою подпись, он решит вашу судьбу.
Он о вас не знает ничего, вы о нём знаете всё.
Вы знаете всё не только о состоянии дел его гигантского хозяйства, но и то, что положение его далеко не так блестяще, как то кажется, вы знаете всё об истинном положении дел в его семье, вы знаете, что его дочь наркоманка, вы знаете всё о состоянии его здоровья, а оно у него неважное, вы знаете, что вот прямо сейчас он лишь усилием воли скрывает испытываемую физическую боль, вы знаете даже то, что неизвестно ему, ту, например, малость, что его ближайший помощник, которому он всецело доверяет, его правая рука, друг его детства, когда-то им спасённый и обязанный ему всем, копает под него с целью занять его место и уже близок к цели. И вы знаете, что нужно сделать для того, чтобы ваша маленькая фирма, будучи брошенной на чашу весов, смогла изменить его судьбу. Он этого не знает, но хозяин положения - вы.
Не он волен изменить вашу судьбу, а вы - его.
Как говаривал блестящий Майкл Уинкотт в роли бандита Корды: "You know, there's a saying in Naples: When you think you're fucking them, they're fucking you."
А теперь подставьте на место воображаемых "вас" и вашего визави не какие-то жалкие "фирмы", а государства и вы поймёте, что то, что позволяет вам занять положение сверху, то самое "знание", и называется "истинной" или реальной Историей. Ну и не менее понятно, что реальность должна быть куда сложнее, куда противоречивее, куда глубже и куда страшнее, кровавее, подлее и беспощаднее той "Истории", которую все мы учим в школе.
Можно ли передавать это "знание" от поколения к поколению? Можно, конечно. Но попытавшись хоть немного на эту тему подумать, мы неизбежно же придём к выводу, что носителями этого "знания" могут быть не "массы", а весьма немногочисленные "посвящённые".
Вот вам двое:
Они представляют два государства. Два самых мощных государства планеты. Они ведут переговоры по сокращению стратегических вооружений. Они добиваются успеха. Некоего компромисса, устроившего их обоих. "Обоих" в данном случае значит - оба государства. 99.999% людей видят в произошедшем лишь двусторонние отношения в паре США-СССР. Кто из них чего добился, кто чем поступился, кто выиграл больше, кто меньше, словом, эти проценты видят весы с двумя чашами и то, что эти чаши каким-то образом приходят в равновесие. Но при этом они не понимают в какой реальности приходится действовать Брежневу и Никсону. Малейшее изменение в "балансе сил" неминуемо сказывается на третьих, четвёртых и пятых государствах, в мировой иерархии стоящих гораздо ниже, чем Америка и Россия. Причём сказывается вне малейшей зависимости от их желания. Кого-то изменившийся "баланс" усиливает (а они могут не хотеть усиливаться), а кого-то - ослабляет (а ослабляться не хочет никто). Но при этом чужие для них "интересы" (в данном случае интересы США и России) делают кого-то из них сильнее, а кого-то - слабее. А усиление и ослабление государств "второго порядка" в свою очередь означает усиление и ослабление всякой малышни, в среде которой вдруг появляются "переростки", которым время от времени нужно давать "окорот".
Изменение двустороннего баланса сил двух сверхдержав означает неизбежное изменение геополитического контекста в масштабах мира, вся мозаика которого перекладывается наново, создавая совершенно другой рисунок, совершенно другой контекст. И вот эту невообразимо сложную картину из перекрывающих друг друга контекстов старого и нового и держат в голове добрейший Леонид Ильич и Ричард Никсон.
Они не только знают о существовании Игры, они не только понимают что такое Игра, они не только знают правила этой Игры, но они ещё и могут Играть.
Научить этому нельзя. Вы либо можете, либо нет. Основная масса людей не в состоянии не то, что играть или там понять правила игры, но она даже не в силах вообразить себе, что такая Игра существует, что она ведётся и ведётся постоянно и что называется она Войною. Скажем, даже в Политбюро далеко не все понимали, что на самом деле происходит во время переговоров по ОСВ, и объяснить им этого было нельзя, это как раз тот случай, когда если человек чего-то не понимает, то он никогда и не поймёт. И точно так же и в американской верхушке было полно людей, которые тоже не отдавали себе отчёта в истинном смысле происходящего. Но единицы (единицы!) понимали. И с одной стороны, и с другой. Громыко понимал. И Киссинджер понимал тоже.
Здесь мы переходим на следующий уровень.
Очень часто можно услышать упрёк умершему правителю в том, что он не подготовил себе достойную смену, не оставил такого же, как он сам, "преемника". Подобный упрёк бросают тому же Брежневу, но особенно часто - Сталину. Упрёки эти совершенно беспочвенны. Дело в том, что подготовить преемника - нельзя. Ни одно государство не существует в безводушном пространстве, они все здесь, на грешной нашей Земле, а каким будет завтрашний мир не знает никто. Отсюда следует, что никто не знает и какие именно качества потребуются гипотетическому "преемнику". Так же, как неизвестно с кем именно в лице других правителей ему придётся иметь дело и какими личными качествами будут обладать уже они, как никому не известны и ситуации, в которых окажется завтрашнее государство, ну и никому не известно главное - никто не знает, каким будет завтра "народ", а правитель, "монарх" это живое воплощение всех нас вместе, это собирательный "мы", каковы мы, таков и наш правитель. Мы не "заслуживаем" друг-друга, а мы "есть" друг друга и друг в друге, правитель есть мы, а мы есть правитель. Правитель это воплощённые "мы". Сегодяшние "мы". И предугадать нам вчерашним какими мы пребудем сегодня - невозможно.
Бывают исключения, но это случай редчайший. Одно из таких исключений - Сталин. Апологеты Сталина под величием понимают индустриализацию, выигрыш войны, восстановление итд. Величие как нечто осязаемое, как то, что можно "потрогать руками". Но истинное величие Сталина в том, что он смог возглавлять минимум четыре разных государства, находившихся в совершенно разных условиях, в разных состояниях и в разном окружении. И ещё - эти государства были населены разным "народом", видевшим и осознававшим себя по разному же. По настоящему в период с конца 20-х и по начало 50-х в СССР должно было быть четыре разных правителя и эти четыре разных правителя и были. Штука только в том, что всеми этими четырьмя разными людьми был один и тот же человек - Сталин.
Но даже и он не мог подготовить себе "преемника" при жизни, поскольку Сталин имел дело с Британской и Германской Империями, с Георгом V, Георгом VI и с Гитлером. Он имел дело с Рузвельтом, когда США ещё не были теми США, которые мы знаем, и он имел дело с Труманом, когда Америка превращалась в сверхдержаву одновременно с тем, как в сверхдержаву превращалась сама Россия.
А преемникам Сталина пришлось жить в мире, который выглядел совершенно по-другому. И им приходилось иметь дело с совершенно другими людьми, возглавлявшими совсем другие государства. И сами они возглавляли государство, отличавшееся от того, каким оно было, и самое главное - преемники были живым воплощением совсем другого народа, который жил, думал и чувствовал иначе, чем он жил, думал и чувствовал при Сталине.
Но понимают это опять же очень немногие. Таких людей вряд ли больше чем тех, кто понимает, что такое Война.
Вот вам ещё два человека:
Они посидели в каюте, о чём-то поговорили, до чего-то договорились, что-то решили. Решили на словах. Они ничего не подписывали, рядом с ними не было никого, ни один свидетель не скажет вам о чём шла речь, ни в одном архиве мира нет ни единой бумажки, эти два человека на старой фотографии всего навсего обменялись словами.
Сло-ва-ми.
Последствий этой беседы (и ещё множества таких же, вроде беседы с глазу на глаз Георга VI и Трумана в каюте "Ринауна" в 1945 году) скрыть невозможно, мы все ощущаем их на своей шкуре. Где-то кто-то поговорил и вдруг объявляются войны, оказывается перекроена карта мира, проводятся новые границы, появляются десятки новых государств, а парочка старых исчезает, гибнут миллионы людей, кто-то празднует победу, кто-то несёт поражение, нам кажется, что мы знаем всё, ну как же! мы ведь учим в школах историю, а в учебниках всё расписано как по нотам. Но уверены ли вы, что и в самом деле знаете всё? Уверены ли вы, что мы вообще хоть что-то знаем?
Ведь нам неизвестно главное, основа.
Нам неизвестна реальность, всё, что известно даже и самым проницательным из нас, так это то, что "It isn't what it is. It is never what it is. It is what it can be made to look like".
Не зная, о чём шла речь "в каюте" мы не знаем и чем является всё выше перечисленное, все эти перекройки границ, исчезновение старых и появление новых государств, мы не знаем была ли вся эта фантасмагория соблюдением каютных договорённостей или их нарушением.
А не зная этого, мы подобны слепцам. Мы вынуждены полагаться на то, что мы слышим. На то, что нам говорят. На то, что нам рассказывают. А рассказывают нам, что поражение это победа, а победа это поражение. И мы верим. Мы вынуждены верить. У нас нет выхода, ведь мы все - слепые.
Слепые в королевстве кривых зеркал.
Г.А.
Alexandrov_G "Слепые в королевстве кривых зеркал"